апр 30

События Первой мировой войны, Февральской и Октябрьской революций 1917 во многом способствовали тому, что в Тамбове и губернии появились беженцы из Польши и Прибалтики. Значительным было и число военнопленных. Этот факт не мог остаться без внимания Тамбовского губисполкома и губкома РКП(б).

Вся работа по национальным вопросам в означенный период разделялась на три потока: Народный комиссариат по делам национальностей, национальные секции РКП(б) и национальные секции Наркомпроса [6].

На заседании Тамбовского губисполкома Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов 3 декабря 1918 заведующий отделом управления губисполкома И.П. Гудков отмечал, что в губернии «проживает до 35000 татар, 8000 евреев, 3500 латышей и 12000 украинцев, не имеющих в настоящее время организации». [3, д. 19, л. 28]. Губисполком постановил «образовать губернский отдел по национальным делам, временно исполняющим обязанности заведующего отделом назначить тов. Анштейна». [Там же].

В мае 1918 была создана Центральная федерация иностранных групп РКП(б), которая возглавила деятельность местных органов. В.И. Ленин в отчетном докладе ЦК РКП(б) VIII съезду партии оценил это как «одну из самых важных страниц в деятельности Российской коммунистической партии, как одной из ячеек Всемирной коммунистической партии» [7, с. 10].

В Тамбове открылся Коммунистический клуб интернационалистов в составе русской, латышской, чешской, словацкой, польской секций [3, д. 21, л. 1]. В составе Тамбовского комитета РКП(б) иностранных групп по состоянию на 20 октября 1918 значилось 117 человек. Было создано и агитационное вербовочное бюро по созданию интернациональных отрядов Красной армии [Там же, л. 43].

Секция чехословацких коммунистов-большевиков в количестве 43 человек учреждена в г. Тамбове 28 апреля 1918 и находилась по адресу ул. Долевая, 137 (ныне ул. К. Маркса). При секции работали клуб и буфет. [Там же, л. 24]. Осенью 1918 стала действовать еврейская коммунистическая секция в Кирсанове.

В декабре 1918 в с. Селезни Лысогорской волости Тамбовского уезда организовалась белорусская коммунистическая ячейка, названная «белорусской» потому, что ни один из местных жителей не вошел в ячейку, а исключительно беженцы-белорусы. «Все члены ячейки со дня утверждения ее приступили к энергичной работе, ни с чем не считаясь и не жалея ни сил, ни здоровья, борясь не только с контрреволюционерами, но со всеми злоупотреблениями, получив от уездного комитета даже ордер на право обысков и конфискации оружия» [3, д. 342, л. 1].

11 февраля 1919 на общем собрании белорусских коммунистов-большевиков г. Спасска была создана белорусская секция. На собрании присутствовало 9 большевиков и 4 сочувствующих. Был избран комитет из трех человек [3, д. 337, л. 2].

Весной 1919 года в связи с массовым отъездом большинства военнопленных на родину, коммунистические группы были распущены. Это решение было принято Всероссийской конференцией иностранных коммунистов, которая рассматривала как одну из задач возвращающихся на Родину коммунистов оказание поддержки борющемуся пролетариату в своих странах [7, с. 10, 11].

В июне 1920 при ЦК РКП(б) был создан агитационно-пропагандистский отдел, в состав которого вошел подотдел нацменьшинств. Для ведения агитации и пропаганды организовывались национальные секции, являющиеся составной частью подотдела национальных меньшинств при отделе агитации и пропаганды.

На основании «Положения о национальных секциях при комитетах РКП(б)» вопрос о необходимости учреждения секций, их штатах и финансировании решался губкомами и обкомами в соответствии с местными условиями. [3, д. 799, л. 1].

Постановление о создании бюро по агитации и пропаганде среди национальных меньшинств при губкоме партии было принято 9 июня 1920. Председателем бюро был утвержден Петр Карлович Зарин (Сакис Юлиус Петрович) [3, д. 509, л. 183].

П.К. Зарин родился в 1891, член РСДРП с 1908. В 1917-1918 на партийной работе в Омском, Уральском комитетах РСДРП(б), Пермском губкоме РКП(б). В 1919-1920 − председатель партийного суда при Рижском комитете КП Латвии, затем председатель 2-го Первомайского райкома РКП(б) г. Тамбова [2, д. 61, л. 7].

В докладе о работе бюро по агитации и пропаганде среди нацменьшинств при Тамбовском губкомпарте за июнь – 10 июля 1920 г. П.К. Зарин сообщал, что первое организационное заседание бюро состоялось лишь 28 июня с участием представителей от 5 маленьких народностей, несмотря на принятое постановление, «ввиду того, что у большинства нацменьшинств не имелось абсолютно никаких организаций и приходилось разыскивать более сознательных представителей каждой из них» [3, д. 799, л. 6]. Присутствовали: «от мусульман − Клевлеев, венгерцев − Синдер, немцев − Стедель, латышей − Гайлит и Лусте, евреев – Рейн» [Там же, л. 3].

На заседании постановили считать членами бюро официально выдвинутых существующими национальными секциями РКП(б) представителей: польской, латышской, еврейской, мусульманской и др. Кроме того, кооптировать в бюро представителей от тех национальностей, у которых не имеется секций, а именно: от венгерских коммунистов – Синдера, немецких коммунистов – Стеделя и от мусульман – Кензина и заместителем его Клевлеева, от чехов – Кейла [Там же]. Председателем бюро был избран П.К. Зарин, заместителем − Кензин, секретарем − Рейн. Заседания бюро назначались по понедельникам в 8 часов вечера, «явка без приглашения и опоздания» [Там же].

Все члены и кандидаты в члены РКП(б) национальных меньшинств обязаны были состоять в своих секциях и платить членские взносы.

К следующему заседанию членам бюро необходимо было собрать точные сведения «о наличности инородческого населения» [Там же], составить проект плана культурно-просветительной работы среди каждой национальности, провести в ближайшее время общие собрания венгров и немцев, на которых разъяснить массам необходимость участия в клубе и культурно-просветительной работе [Там же].

На заседании бюро 5 июля 1920 для работы среди малых народностей, разбросанных по губернии, решено было создать особый институт разъездных организаторов-агитаторов, с таким расчетом, чтобы один из них специально работал среди мусульманского населения, а другой являлся бы общим инструктором-организатором бюро, но в то же время мог работать среди венгров и немцев. Общим инструктором бюро был утвержден Синдер, владеющий немецким и венгерским языками, инструктором-агитатором по работе среди мусульман – представитель Елатомского уезда Х. Бурнашев [Там же, л. 4].

По состоянию на 1 июля 1920, по сообщению Гайлита, в городе проживало приблизительно 250-300 латышей, 150 чехословаков, по 100-150 венгров и немцев. В целом по губернии насчитывалось до 2000 латышей, около 200 чехословаков, до 2000-3000 немцев и венгров. Коммунистов среди иностранцев было очень мало, и никаких организаций не существовало.

Значительная часть бывших военнопленных венгров, чехов и немцев была разбросана по деревням губернии. Вести среди них агитационно-пропагандистскую работу было весьма сложно, поэтому бюро решило ходатайствовать о концентрировании всех разбросанных по селам и деревням бывших военнопленных в Тамбове. Вынося такое решение, бюро исходило из следующих соображений: бывшие военнопленные немцы, чехи и т.д. в скором времени будут отправляться домой, поэтому их перед отправкой необходимо «хоть немного идейно обработать. Кроме того, большинство из них – квалифицированные рабочие, а в таковых в городе сейчас острая нужда. Так что такая концентрация их в городе полезна еще и из хозяйственных соображений» [Там же, л. 6].

Первые документы о работе латышской секции РКП(б) в Тамбове относятся к февралю 1918. В конце января 1919 латсекция была организована при Козловском укомпарте. Информация о членах латышской секции РКП(б) имеется и в документах Тамбовского порохового завода [4, д. 26].

В секциях велись еженедельные кружковые занятия, беседы на политические и экономические темы, устраивались концерты-митинги, лекции, инсценировки. Были организованы библиотеки. Газеты, журналы, брошюры на латышском языке доставлялись, главным образом, из Москвы. К примеру, за октябрь 1920 тамбовской латсекцией было получено и распространено 750 латышских газет и выдано для чтения из библиотеки 70 латышских книг. Кроме того, в Тамбове работали школа, детский сад, курсы русского языка, латышский рабочий клуб «Дарбе» («Рабочий) [3, д. 21., л. 2 об.]. Был образован комсомольский кружок, приблизительно из 20 человек, но «теперь таковой не существует, ибо нет молодежи и все уехали в Латвию» [3, д. 1335, л. 1, 2].

При Козловской латсекции работали культурно-просветительная комиссия, драматический и музыкальный кружки, Союз молодежи. В Козловском рабочем клубе «Циня» («Борьба») [1, д. 88, л. 2] общие собрания проходили каждое воскресенье. «Членов в клубе около 40, в секции в настоящее [время] 9 ч., все члены секции исполняют различные должности в государственных учреждениях, поэтому только несколько свободных часов могут посвятить для работы в клубе. Ощущается недостаток в опытных работниках. Теоретический кружок за отсутствием сил пока не организован, но имеется в виду» [1, д. 301, л. 2].

К концу августа 1921 5 эшелонов латышей-беженцев было реэвакуировано в Латвию. В Тамбове оставалось около 50 латышей, а в уезде − 20, из них всего 25 коммунистов. [3, д. 1335, л. 1, 2]. 25 октября Тамбовский угоркомпарт высказал соображения, что «латышскую секцию целесообразно распустить» [3, д. 1330, л. 14].

В сентябре 1920 при Тамбовском губкомпарте было организовано польское бюро РКП(б). Вновь открывался польский клуб, для оснащения которого бюро обратилось в горкомхоз о содействии в получении столов, стульев, вешалок и часов. «Всем гражданам, имеющим у себя польские книги из библиотеки при католическом костеле, надлежало сдать их не позднее 1 октября в бюро». В обращении польского бюро говорилось: «Не исполнившие сего будут привлечены к ответственности как расточители народного достояния» [3, д. 807, л. 2].

23 сентября в 7 часов вечера в помещении польской школы, находившейся по улице Советской, 44, было проведено общее собрание поляков. [Там же, л. 4]. Несмотря на сообщение об обязательном присутствии на собрании, количество присутствующих было незначительным. Президиум польбюро принял постановление: «Не явившихся без уважительных причин на собрание поляков-коммунистов будут систематично исключать из партии как непроизводительный и негодный элемент, без всяких желаний и стремлений к принятию активного участия в деле строительства новой социальной жизни на коммунистических началах» [Там же, л. 21].

Конфликт между губкомом РКП(б) и польбюро разгорелся в связи с решением последнего открыть в Тамбове польскую школу 2-й ступени. В губкоме сочли это постановление необдуманным, «несущем якобы характер шовинизма», обвинив поляков «в желании выделить нацию, дабы дать ей возможность воспитывать молодое поколение в традиционном духе, в духе вековой ненависти поляков к «москалям» [3, д. 804, л. 9].

В польбюро считали, что причины нужно искать несколько глубже, «в самой психологии польско-русских отношений, созданных самой историей. ... Поляки, живущие в пределах Тамбовской губернии, в большинстве своем являются случайными и временными жителями, приехавшими сюда, теснимые политическими и военными событиями. Вполне естественно ожидать, что при первом удобном случае они не замедлят поблагодарить тамбовцев за радушное их гостеприимство и уехать туда, где их ждут родители, братья, сестры, мужья, жены … И вот, приехав в Польшу, поляк-коммунист, преданный, искренний пионер коммунистической идеи, будет всеми силами стараться реально осуществить эти идеи и среди своих соотечественников. Между тем, забыв и изуродовав в России польский язык, говоря русскими наречиями с русскими оборотами речи, он едва [ли] сможет завоевать симпатии поляков, так как они будут чувствовать дух москаля, тем более, что во многих польских деревнях и селах русский язык совсем не известен» [Там же].

Президиум Тамбовского губкома РКП(б) счел объяснение польбюро неудовлетворительным. Школу так и не открыли. [3, д. 812, л. 57 об.].

К июню 1921 в Тамбове коммунистов-поляков и говорящих на польском языке насчитывалось приблизительно около 100 человек. В бюро при этом работали лишь четверо: председатель Новаковский, заместитель председателя Кендзерский, докладчик Якубовский и секретарь Шпакер, направленная в Тамбов Польбюро ЦК РКП(б).

В октябре 1921 П.К. Зарин, занимавший должность заведующего агитпропотделом губкома партии, писал: «По имеющимся данным работа среди поляков ведется крайне неудовлетворительно. На созываемых собраниях почти совершенно отсутствуют политические доклады, литература распределяется очень слабо и долго залеживается и т.д.

Агитпропотдел губкома предлагает Вам усилить работу среди поляков, дабы подготовить революционные кадры борцов пролетарской революции в Польше. Еженедельно устраивать собрания с политическими докладами, беседами, аккуратно распределять литературу, организовать при польской школе постоянную читальню. Рекомендуется распределять литературу у костела во время богослужений. Учесть всех партработников-поляков, которые могут быть использованы в качестве агитаторов и лекторов и регулярно их запрягать в партийную работу среди поляков. Привлекайте к работе поляков-коммунистов через уком, в порядке партийной повинности». [3, д. 1330, л. 8].

В декабре 1921 на учете в польбюро в губернском масштабе состояло более 100 коммунистов-поляков, без учета военных. Из них насчитывалось 15 агитаторов, пропагандистов, лекторов и организаторов. Тамбовская горорганизация подала сведения о 37 коммунистах. Тогда же в Тамбов прибыл член Польбюро ЦК РКП(б) Бжозовский. Он констатировал, что работа Тамбовского польбюро «в настоящее время не имеет никаких объективных условий для своего развития» [3, д. 1331, л. 10 об.], предложив оставить его в Тамбове для отправки последних эшелонов беженцев, а штат польбюро сократить до 1 человека. Все польские культурно- и политико-просветительные учреждения ликвидировать. Библиотеку собрать и сдать в распоряжение польской секции Главполитпросвета. [Там же].

На общем собрании еврейских коммунистов г. Тамбова 17 мая 1920 была организована еврейская коммунистическая секция, которая должна «повести еврейские массы на истинный путь» [2, д. 84, л. 1]. В состав президиума вошли 3 человека: Рейн, Абрамович, Капелянский. При секции по ул. Советской, 55 [3, д. 812, л. 47, 47 об. ] работал клуб, были организованы комиссии по работе среди женщин, по агитации и пропаганде. 2 ноября 1921 Тамбовский губком сообщал в агитпропотдел при ЦК РКП(б), что «в данное время в Тамбовской губернии еврейской секции ни одной не существует» [3, д. 1330, л. 2 ].

По информации заведующего агитпропотделом Тамбовского губкома РКП(б) в 1921 мордвы всего по губернии насчитывалось 164398 человек, которые проживали в уездах: в Спасском – 106057, Темниковском – 58 311, в Шацком – 30. Из них не знали или плохо знали русский язык – 85 %. [3, д. 1335, л. 7]. Мордовская секция при Спасском укоме РКП(б) была организована 23 июля 1921. При ней работали 2 народных дома и 5 библиотек. Проводились митинги и беседы. «Получаются из ЦК и распространяются через госиздат листовки и воззвания, листовки и плакаты выпускались о продналоге, газеты и журналы не издаются. Постоянного штата работников нет, работают урывками товарищи, несущие другую работу. …Работа ведется слабо». [Там же].

Мусульманские ячейки РКП(б) существовали в г. Темникове, в селах Бастаново, Большой Студенец, Азеево, Сургуди Елатомского уезда [8]. В конце января 1919 в с. Бастаново состоялась губернская конференция мусульманских организаций РКП(б). [3, д. 102, л. 2 ]. Среди татарского населения велась определенная партийная, советская и культурно-просветительная работа, но ее было явно недостаточно. Коммунистов-татар в 1919 году числилось 120 человек, в начале 1922 осталось лишь 12. По информации А.С. Кензина, «часть членов, за неимением учета, рассеялась по губернии, большинство же из оставшихся – исключенные из партии, в связи с новой экономической политикой торгуют на базаре» [3, д. 1783, л. 2]. В губернии оставалось только две волостные мусульманские ячейки РКП(б), организованные еще в 1918, в с. Азеево и с. Бастаново Елатомского уезда. В Елатомском и Темниковском уездах работали народный дом, татарские клубы и библиотеки [3, д. 1335, л. 8].

Заведующий татарским бюро РКП(б) А.С. Кензин отмечал, что «за 4,5 года существования РКП и Советской власти просветительное развитие как качественное, так и количественное осталось чуть ли не в первобытном своем виде» [3, д. 1783, л. 2].

К 1922 году на территории Тамбовской губернии насчитывалось около 35000 человек татарского населения, проживающих, в основном, в Елатомском, Шацком, Темниковском и Спасском уездах. В Тамбовском уезде проживало 2000 человек татар, в Борисоглебском – 1500. Татарское бюро РКП(б) при агитпропе Тамбовского губкома партии было создано 1 июня 1922.

Статью подготовила старший научный сотрудник отдела использования документов и информатизации ТОГБУ «ГАСПИТО» С.В. Вавилова.

Список литературы и примечания

1. Государственный архив социально-политической истории Тамбовской области (ГАСПИТО). Ф. П-834. Оп. 1.

2. ГАСПИТО. Ф. П-839. Оп. 1.

3. ГАСПИТО. Ф. П-840. Оп. 1.

4. ГАСПИТО. Ф. П-857. Оп. 1

5. ГАСПИТО. Ф. П-997. Оп. 1.

6. Малиновский, Л.В. Научная статья по теме «В.Г. Чеботарева. Наркомнац РСФСР: Свет и тени национальной политики 1917-1924 гг. Общественная академия наук российских немцев. М., 2003. – 852 с.: [Электронный ресурс] // Наукарус – российская библиотека научных журналов и статей академии (РАН). – Режим доступа : http://naukarus.com/v-g-chebotareva-narkomnats-rsfsr-svet-i-teni-natsionalnoy-politiki-1917-1924-gg-obschestvennaya-akademiya-nauk-rossiyskih, свободный. – Просм. 04. 03.2019.

7. Пролетарская солидарность. Из истории интернациональных связей трудящихся Черноземного Центра России 1917-1945 гг. Сборник документов и материалов. – Воронеж: Центрально-Черноземное кн. изд-во, 1973. – 374 с.

8. Протасов, С.Л. Волостные и сельские организации РКП(б) Тамбовской губернии (1919-1919 гг.) // Вопросы партийного строительства в Центральном Черноземье 1917-1933 гг. Сборник научных трудов. – Тамбов, 1988. – С. 59.

Категория: Статьи   Опубликовано: 30.04.2019 09:03  Автор: С.В.Вавилова   Просмотров: 930

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика

(C) 2018 ТОГБУ "ГАСПИТО" - gaspito.ru